Александр (mr_aug) wrote,
Александр
mr_aug

Categories:


Кстати, уважаемый Лис решил продолжить переводы книги про LRRP во Вьетнаме.
Это вторая книга Гарри Линдерера "Eyes Behind The Lines".

Под катом пролог.

Когда C-130 хлопнулся на взлетно-посадочную полосу авиабазы Фубай, что рядом с имперским городом Хюе, меня позабавила ирония момента. Лишь семь месяцев назад другой C-130 доставил меня на ту же самую горячую, липкую полосу асфальта, расположенную на прибрежной равнине в северной части республики Вьетнам. В то время, я был зеленым двадцатиоднолетним юнцом, купившимся на идею о том, что я один из лучших в Америке, отозвавшийся на зов моей страны. Я был полон мочи и уксуса, и готов порвать Дядюшку Хо вместе со всей его азиатской ордой. В попытке попасть в офицерскую школу я пошел добровольцем в воздушно-десантные войска, школу специалистов и воздушно-десантную школу: два года колледжа и ROTC не произвели на армию впечатления, достаточного чтобы отобрать меня кандидатом в эту программу. Однако его оказалось достаточно, чтобы послать меня за полмира для участия в годичном семинаре по выживанию в боевых условиях.
Я оказался достаточно удачлив, чтобы попасть к знаменитым "Кричащим Орлам" из 101-й воздушно-десантной дивизии и выбрал "жизнь братства", пойдя добровольцем в роту F 58-го пехотного полка (глубинной разведки).
Армия проделала отличную работу, доверху накачав нас всех колоссальными дозами самоуверенности. В Штатах, в Форте Гордон и Форте Беннинг, кадровые вояки горячо убеждали меня и моих приятелей в том, что мы действительно "самые злобные негодяи в долине". В нас выработали стойкие чувства бессмертия и корпоративного духа, заставлявшие многих из нас каждый вечер молиться, чтобы война продлилась достаточно долго, и мы успели оказаться там.
Некоторые из наших инструкторов пугали нас историями о том, насколько круты были "Чарли" и предупреждали, что нас схарчат в мгновение ока, если застигнут врасплох. Они обещали, что если мы заснем на посту, то проснемся, улыбаясь вторым ртом – от уха до уха. Мы решили, что они, похоже, несут полную чушь. В конце концов, мы десантники, и самые злобные негодяи в долине. Десантники не лажаются, и уж точно не спят на посту. Когда мы доберемся до Нама, мистеру Чарли придется спасать свою задницу.
Первые семь месяцев, проведенные в стране, показали, где ложь. То, что нам говорили, не было ерундой, равно как мы не были самыми злобными негодяями в долине. В проклятой долине было полно плохих негодяев. По прибытии мы быстро обнаружили, что столь же зелены, как выданная нам жесткая, необношенная форма. Месяцы подготовки там, в Штатах, совершенно не соответствовали тому, с чем нам пришлось столкнуться в Наме.
Первые несколько недель оказались ускоренными круглосуточными курсами под названием "Как остаться в живых во враждебном окружении". Но на самом деле никакое обучение, сколь бы продолжительным оно ни было, не могло подготовить нас к испытаниям настоящего боя. Именно он был нашим главным испытанием. Но мы учились! Медленно, но верно, мы стали закаленными джунглями LRP.
Мы выработали умение действовать в неблагоприятных условиях и в ситуациях, способных уничтожить менее мужественных. Тех, кто не мог это выдержать, быстро и спокойно убирали из наших рядов и переводили в другие подразделения. В глубинной разведке не было места слабым, робким и малодушным. Со временем, наша "зелень" сошла, как выгорели на солнце наша форма и снаряжение. Густые, гористые джунгли и постоянные циклы солнце-жара, солнце-дождь, солнце-пот, солнце-пыль, из которых и состоял Вьетнам, выщелочили из нас парадный лоск.
Лазание по крутым склонам Аннамских гор* со стофунтовыми рюкзаками за плечами выработало у нас выносливость. Мы учились со скрытностью пантеры красться сквозь густую растительность, обрамляющую вражеские тропы. Мы узнали, как ждать врага возле тех троп, и нанести удар со скоростью и смертоносностью кобры. Мы заключили союз с джунглями. Вскоре они стали нашим другом, укрывая и маскируя, когда мы искали наших врагов. Мы победили страх темноты, и узнали, как использовать ее, чтобы укрыться от глаз ищущих нас NVA. Мы научились игре, которую вел наш противник. Через некоторое время мы стали мастерами.
В течение многих лет наши группы по шесть человек скрытно проникали в районы сосредоточения противника, чтобы вести разведку, находить и убивать их там, где они считали себя в безопасности. В результате быстрых и смертоносных засад множество патрулей NVA остались лежать кучами падали вдоль идущих по джунглям троп. Многие курьеры NVA и политические деятели VC погибли на пути между лежащими на равнинах деревнями и отдаленными горными убежищами. Тайники с боеприпасами взрывались вместе с ничего не подозревающими солдатами NVA, пытающимися пополнить свои запасы. Базовые лагеря и базы снабжения уничтожались в ходе внезапных артиллерийских ударов и точно спланированных налетов бомбардировщиков B-52. Отряды в пунктах сбора внезапно попадали под удары Кобр-ганшипов или налеты "шустрил" из ВВС.
В NVA знали, что все эти смерти и разрушения не были результатом обычных случайностей. Кто-то был там, наблюдая за ними! Враг относился к "людям с разрисованными лицами" со страхом и ненавистью, но, в то же время, и с определенным уважением. Мы приняли их стиль войны. Они всегда предпочитали выбирать время и место, навязывая бой противнику. Члены подразделений глубинной разведки отняли у них этот выбор. Им преподали тот же деморализующий урок, который они вынудили выучить наших солдат: во Вьетнаме смерть была повсюду. От нее не существовало убежищ!
За несколько недель до того, как я достиг "бугра", середины моего двенадцатимесячного срока пребывания во Вьетнаме, северовьетнамцам удалось отыграться. Это было мое четырнадцатое задание, патрулирование в долине Руонг-Руонг в составе "тяжелой" группы из двенадцати человек.
Двумя объединенными группами командовал сержант Эл Контрерос. На закате мы высадились в заросшую слоновой травой лощину на краю густых джунглей. Во время высадки Джон Соерс сломал обе лодыжки. Не желая подставить группу под угрозу, он преуменьшил степень своих травм.
В сумерках мы выдвинулись в джунгли и нашли широкую, хорошо натоптанную тропу, идущую вдоль основания хребта. Мы проследовали вдоль нее на восток, пока не услышали в нескольких сотнях метров впереди предупредительный выстрел. Устроив L-образную засаду на повороте тропы, мы залегли в ожидании рассвета.
Всю ночь патрули противника с фонарями разыскивали нас. Они проходили не более чем в десятке футов от наших позиций. Мы не открывали огонь, не желая вступать в бой, когда в окрестностях в полной готовности находится столько солдат NVA.
На рассвете мы обнаружили, что лодыжки Соерса распухли настолько, что он не мог двигаться без посторонней помощи. Командир группы принял решение эвакуировать его, использовав нашу изначальную посадочную площадку, и послал его вниз в лощину в сопровождении еще двух LRP. Когда подобравший его медэвак улетал, мы снова услышали выстрел, раздавшийся выше по тропе от места нашей засады. Должно быть, вертолет, забравший Соерса, заставил NVA думать, что нас всех эвакуировали. Второй выстрел был, по-видимому, сигналом "все чисто" для находящихся в районе солдат NVA.
Час спустя в нашу зону поражения вошло десять NVA, и мы взорвали Клейморы, убив девятерых из них. Их пойнтмену, несмотря на ранения, удалось убежать. Обыскав трупы, мы обнаружили, что среди мертвых были четыре медсестры и майор NVA с полевой сумкой, полной карт и документов. Мы вызвали подразделение быстрого реагирования для организации охраны территории. Через час нас проинформировали, что выслать его нет возможности. Кроме того, наши вертолеты были задействованы в обеспечении десантно-штурмовой операции одной из бригад, и в течение нескольких часов их невозможно будет задействовать для нашей эвакуации.
Наше положение становилось рискованным. Мы слишком долго находились в зоне поражения, ожидая помощи, которой не будет, нарушив тем самым одно из основных правил разведки – никогда не оставаться на месте засады, не получив подкреплений. Командир группы сказал, что нам нужно немедленно уходить и попытаться найти более удобную для обороны позицию выше по склону.
Джим Венэйбл, заместитель командира нашей группы, вышел на ближайшую поляну, чтобы обозначить нашу позицию командиру роты, кружащему в вертолете управления. Пока он пытался завизировать вертолет через центральное отверстие сигнального зеркала, северовьетнамские солдаты, укрывающиеся в окружающих джунглях, открыли огонь из автоматов, тяжело ранив его в руку, шею, и грудь. Двое LRP бросились вперед и оттащили раненого пойнтмена обратно к периметру, в то время как остальная часть группы прикрывала их огнем.
Тридцать или сорок NVA бросились на наши позиции со стороны посадочной площадки. Мы отбили атаку, убив нескольких из них. Следующие несколько часов были адом. Мы отбивали одну атаку за другой, корректируя огонь артиллерии и удары Кобр по окружившим нас NVA. У нас начали заканчиваться боеприпасы, когда командир группы приказал сжать периметр, чтобы дать средствам огневой поддержки возможность работать ближе к нам. Когда остальные члены группы начали перемещался, чтобы объединить свои позиции, в нашем тылу взорвалась большая, дистанционно управляемая мина направленного действия, послав сквозь наши порядки тысячи смертоносных осколков. Когда дым рассеялся, четверо LRP были мертвы, а остальные ранены. Только трое из нас все еще были в состоянии оборонять периметр.
В течение двух часов мы отчаянно сражались за выживание. Кобры метались над нашим периметром, решительно пресекая попытки NVA истребить выживших. Мы запросили медэваки и с помощью пенетраторов смогли отправить троих наиболее тяжело раненых.
Когда мы совсем было собирались расстаться с жизнями, спешно сформированное подразделение быстрого реагирования, состоявшее из LRP нашей собственной роты, высадилось с вертолетов в находящуюся в ста метрах от наших позиций воронку, и пробилось к нам сквозь окружающих NVA. Мы были спасены. Позже, в хирургическом центре в Фубай, я узнал, насколько тяжелы были наши потери. Погибли командир группы, сержант Эл Контрерос, сержант Майк Райфф, специалист четвертого класса Арт Херингаузен, и мой лучший друг, специалист четвертого класса Терри Клифтон. Специалист четвертого класса Франк Суза, специалист четвертого класса Райли Кокс, специалист четвертого класса Джим Бэкон, сержант Джим Венэйбл, и специалист четвертого класса Стив Чепарны были ранены настолько тяжело, что их отправили обратно в Штаты. Для них война закончилась. Только сержант Джон Соерс, специалист четвертого класса Билли Волкэбаут, и я сам смогли, излечившись от ран, вернуться к исполнению обязанностей.
Это была тяжелая потеря для роты F, потребуется несколько месяцев, чтобы оправиться от нее. На вершине того холма я потерял лучшего друга. Эта потеря в течение многих лет будет причинять мне горе и мучения. То, что он оказался там в тот день, было моей ошибкой.
Я стал свидетелем героизма еще одного человека, достойного награждения Медалью Почета. Три раза подряд Билли Волкэбаут, будучи раненым в руки, безоружным бросался в сторону позиций NVA, чтобы достать сброшенный пенетратор, обеспечивая эвакуацию наших раненых.
Там я осознал собственную уязвимость. В тот день смерть была на моей стороне. Я принял это, заключил мир с Создателем и обратился к Нему с мольбой об избавлении. У меня даже появилась мысль добить раненых, а потом покончить с собой, если станет ясно, что нас захватят. Я не мог позволить себе или моим товарищам попасть в плен. Был ли это героизм, корысть или игра в Бога? На эти вопросы у меня нет ответа.
Проведя четыре недели в Камрани, в 6-ом центре выздоравливающих, я убедил своего лечащего врача досрочно отправить меня обратно в подразделение. Я не мог маяться херней в безопасности, пока мои товарищи ходят на задания там, в 1-ом Корпусе. Жизнь REMF была не для меня! Я получил приказ отправиться для получения нового назначения на тыловую базу дивизии в Бьенхоа. Там меня запросто могли отправить в другое подразделение.
Проведя пару дней с приятелем из моего родного города на авиабазе в Камрани, я запрыгнул в C-130, летящий прямо в Фубай. Я не решился показаться в Бьенхоа, где рисковал быть отправленным в другое подразделение. Было здорово вернуться к своим. Я не собирался встречать первое Рождество, проведенное вдали от моей семьи и невесты, с незнакомцами.
Tags: vietnam
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments