Александр (mr_aug) wrote,
Александр
mr_aug

Categories:

Книги

Из всех книг Хантера я постоянно перечитываю три.
"Ночь грома", "47-й самурай" и "Мертвый ноль".
Да, перевод так себе, но это мое текущее развлекательное ган-порно.
Одна из вещей, который мне нравятся в "Мертвый ноль" это сцены с троицей наемников, преследующих ГГ.
Не знаю как, но Хантер смог так описать эту группу, что за ними интересно наблюдать и слушать.

****
Энтони Земке, быстрый и диковатый, был хорошо сложенным, бывший рейнджер с опытом боёв в Ираке, патрульный полицейский в Саусалито, Калифорния после того, как его срок на службе закончился. Четыре года в «Грейвульфе», три в Багдаде как специалист-безопасник, уволен по причине беспорядка в расходовании средств. Последний известный адрес- Кабул, кафе «Чёрный кот». Видимо, место, где наёмники собирались чтобы выпить и обсудить всякое пришедшее от местных источников.

Кран, Карл, двенадцать лет в армии США, воздушный рейнджер, пятое отделение (группа, млять) спецназа, взрывник, связист, медик, прозвище «Клоун Крекерс» из-за каменного настроя без капли юмора, парень среднего сложения с опытом боёв достаточным, чтобы выиграть войну. Серебряная звезда, Крест «За лётные боевые заслуги», Бронзовая звезда с двумя боевыми отличиями, знак бойца-пехотинца, три поездки в Ирак и одна в Афганистан. Всё развалилось после обвинения в изнасиловании, Карл женился и завёл двух детей, жил с любимой женой в Юпитере, Флорида. Потом три года в «Грейвульфе», но опять запахло скандалом и — развод. Его допрашивали дважды по делу о беспорядочной стрельбе во время командования подразделением безопасников «Грейвульфа». Склонности сотрудничать он не проявил, и, как понял Ник, его нанимателям не пришлось беспокоиться.

Наконец, Адонис. Или Геркулес? Этот был действительно интересным.

Майкл «Мик» Богьер, в последний год школы признававшийся первым или вторым футбольным защитником Америки. Взятый на контракт, он попал в футбольную школу в Алабаме и был на прямой дороге в профессионалы, однако после шести игр звёздный новичок надрался на вечеринке братства, прихватил свою подружку по высшей школе покататься на жёлтом «Корвете», который «одолжил» ему какой-то выпускник и намотал его, себя и подружку на дерево. Ни машина, ни подружка, ни дерево не выжили. Мик покинул школу. Помотался по второй и третьей лигам, был в Канаде, подсел на наркотики в Лос-Анджелесе, пытаясь стать актёром и в итоге пошёл в армию после 9\11. Тут он нашёл свою нишу: быстро попав в спецназ, он получил снайперскую подготовку, был квалифицирован как взрывник и связист- прирождённый боевой лидер, настоящий сержант Рок. Наград было до задницы, и всё выглядело так, что до конца двадцатилетней службы он останется зелёным беретом, а потом станет консультантом по безопасности, но тут случился «Грейвульф» с контрактом на двести тысяч долларов, и Мик, никогда не бывший богатым, думавший, что НФЛ его таковым сделает и сожалеющий о потерянном шансе не смог отказаться. Он мог бы выбиться в руководство, парень с постеров, наёмник с непримечательным лицом и густыми светлыми волосами, подстриженными по форме, с телом бога, сообразительный и смелый. Но он тоже попал в переплёт, когда его люди на улицах Багдада подстрелили не того, кого надо, защищая большую шишку. Ушёл он по-тихому, даже получив бонус и оставшись в «Зелёной зоне», где приобрёл репутацию. Его подозревали в торговле наркотиками и оружием, контрабанде травы (дважды допрашивался Управлением по наркоборьбе в Багдаде), и наконец в этом городе стало для него слишком жарко и он перебрался в Кабул, став человеком для поручений у нескольких наркобаронов с проблемами в области безопасности, хранящим четыре-пять миллионов долларов в Швейцарии, знавшим всех и всё, и если вам было нужно видеть кабульское дело сделанным во вторник, Мик Богьер был вашим человеком.


— Мик, у нас немного времени остаётся- сказал Тони З.
— Я не хочу это слышать. Я хочу слышать: Мик, давай навалимся сильнее, чёрт бы его побрал.
— Мик, давай навалимся сильнее, чёрт бы его побрал, — сказал Клоун Крекерс.
— Не смешно, Крекерс.

Команда видела только холмы, холмы, холмы перед ними в угасающем свете. В последнем докладе парень был в полумиле от них, и они сближались. Однако, возможность выстрелить в угасающем свете быстро исчезала. А ночью Мик стрелять не хотел. Парни стреляют, будут вспышки, зрение засветится, а у них только один прибор ночного видения на всех, вдаль выстрелить не получится… нет, ночью никогда не знаешь, что пойдёт не так и очень мало шансов, что всё выйдет как нужно.
С другой стороны- если парень видел их, он может засесть со своей длинной винтовкой и начать выцеливать их издалека. Тогда, если он не выстрелит первым, Мик получит возможность убрать его со своего.50 «Барретта», который он нёс. С этой штукой можно сделать парня с расстояния в милю, а Мик пострелял людей достаточно чтобы знать как это делается.
Это бесило его снова и снова: у него была хладнокровная, пристрелянная снайперская команда и всё же он промахнулся. Может быть, буквально дуновением легчайшего ветра пулю в семьсот пятьдесят гран снесло туда или сюда и она только подбросила козу в воздух. Вторая тоже пошла как не надо, чёрт бы её взял и только с третьей он поймал волну: отбросил первого парня на тридцать футов, подстрелил другого и высадил остаток магазина в зону поражения, отправив выживших коз в рай в виде барбекю, вдобавок расстреляв лежащее тело ещё раз так, что на землю оно упало двумя кусками.

Затем, когда они подошли к месту, куда стреляли, спустя час, после медленного сближения — никакого ёбаного второго тела!

-Ты видел кровь?
— Несколько пятен здесь, Мик. Ясно, что это не большая рана во внутренности. Кровью он не истечёт.
— Я видел его летящим в воздухе, — сказал Тони.
— Даже осколок от этой пули запустил бы его как Фау-2. Я как-то в Багре пристрелил парня под правильным углом, так его вынесло через лобовое стекло и ещё на тридцать футов по дороге. Он был очень удивлён.

Для Мика это было приятное, тёплое воспоминание и Мик порадовался. Если б ещё не то, что один из морских пехотинцев ушёл.

— Надо бы погнаться за ним- сказал Крекерс.
— Погоди, — ответил Тони З., - мы уже гонимся за ним. Это и есть погоня. Так как ты погонишься если ты уже гонишься?
— Иди нахуй.
— Заткнитесь- прервал их Мик. — Парень был ранен, он не может двигаться быстро. Скорее всего, он залёг где-то в пещере. Мы отследим его и возьмём.
— Мик, я не подписывался на такой приключенческий фильм. Я тут для того, чтобы пострелять и свалить.

Это был капризничающий Крекерс, как и Мик, когда-то солдат, но самый молодой среди них.

— Нам платят большие бабки, но за две головы. Мы доставим две головы. Крекерс, ты же спортсмен, всякие твои спецотряды … догнал бы его для нас?
— Я забыл свои беговые кроссовки в мотеле.
Теперь, днём позже, на закате, они знали, что находятся совсем близко.
Но Тони З. сказал:
-Я думаю, нам следует отклониться, обойти его кругом и пусть он сам к нам придёт. Ему хорошо прилетело, я видел как его отбросило. Ему очень больно, так что придётся где-то отсидеться. Он всего лишь морской пехотинец, а не Супермен.
Мик не был готов согласиться.
— Подумаем об этом ещё. Я хочу завершить это дело как следует.

Мик был солдатом, а до этого- футболистом, поскольку он был очень здоровый. Он с детства знал, что у него достаточно силы чтобы заставить людей подчиняться, и ему это нравилось. Очень скоро он привык добиваться подчинения силой. Увы, от этого было трудно отвыкнуть, и потому многие важные люди которые платили ему за его жестокие дела, уставали от его проблем с дисциплиной- от его воровской жадности и от того, что он пытался прибрать любую команду, в которой работал, к своим рукам. Наконец, его отчислили из «Грейвульфа» за то, что он пристрелил какого-то сдавшегося хаджи прямо на камеру CNN. Это был худший шаг в его карьере, если таковая вообще была. Но теперь его клиент имел куда как меньше моральных заморочек.
Он сверился со своими огромными часами «Суунто», финским пузырём высоких технологий, которые были настолько сложные, что могли предсказать будущее, и увидел, что для принятия решения осталось всего несколько минут.

— Ты рано, — сказал МакГайвер.
— Мы рядом. Вопрос в следующем: навалиться ли нам в темноте или попробовать обойти его кругом и устроить засаду с другой стороны? Мне нужно знать его позицию и понять, двигается ли он.
— Ты сам как думаешь?
— Не люблю работать ночью. Слишком многое может пойти неправильно. Предпочёл бы спланировать всё и накрыть его завтра утром, когда он будет входить в город.
— Отлично. Конечно, ты неправ, так что делай наоборот.
— Мистер Мак…
— Он лёг спать на всю ночь. Я видел его на большом экране несколько минут назад. Я могу дать вам его точные координаты, до метра. Я могу подвести вас так, что козья вонь ударит. Вы его найдёте без сознания. Подходите, пристрелите его тысячу раз и пусть хаджи вытаскивают вас оттуда. За это вам так много заплачено.
Мик достал ручку и блокнот и записал точные цифры местонахождения снайпера.
— Давай, Богьер, закончи с этим. Слышишь меня?
— Да, сэр, — ответил Мик, ненавидя этого мудака, и затем прервал вызов.
****
Уши Мика всё ещё были красными- такую взбучку он получил. МакГайвер не был доволен — где бы он ни был и на кого бы он ни работал. Мик вышел с ним на связь в 7-30 этим утром.
-Порадуй меня, — сказал начальник в ответ на вызов, и потом Мик только сглатывал, принимая то, чем его вознаградили, а его голосовая коробочка отсоединилась от мозга. Мистер МакГайвер сказал:
— Ты ублюдок. Ты мудак. Ты идиот. У тебя были координаты, была темнота, преимущество в количестве, в огневой мощи, в жестокости, в нападении, в злобе, и он всё равно вас наебал. Богьер, тебя хорошо рекомендовали, но ты - полное говно. Где он теперь?
Этой части Мик больше всего боялся.
— В Калате, я думаю.
— Ты думаешь? Ты, блядь, думаешь?
Мик изложил всё это: штуку с GPS-передатчиком, перерезанное горло Махуда, потерю целой ночи на медленное сближение и наконец нападение, а также тот факт, что если у морпеха было перед ними шесть-семь часов преимущества то он уже здесь или совсем рядом.
— Кто знал, что он будет так хорош? А он действительно хорош.
— Выходит, не только ты обосрался, а он ещё и нарыл GPS. А это значит, что мы не можем его отследить. Это верно?
— Думаю, да.
— Ты думаешь. Ты думаешь. Тебе заплатили за работу, а он наёбывает тебя на каждом шагу. Кто он, Супермен?

Мик хотел ответить: эй, задница, это ты сказал мне, что GPS на нём, так что это он тебя наебал, а не меня. Что мне следовало делать- штурмовать позицию или оцепить периметр шестью парнями? Но он знал, что это он сам отказался сблизиться, когда у них были шансы, а вместо этого потратил час-полтора на расстановку команды, что им в итоге дорого стоило. Теперь они его никак не догонят.

— Что ты хочешь чтобы мы сделали?
— Ты слышал когда-нибудь о японской штуке, сеппуку? Резать живот. Выпусти себе кишки острым клинком и сдохни по-тихому, лады?
****
Богьер почувствовал себя спокойнее. Недавно он обработал двух шлюх в доме с плохой репутацией, и теперь его проблемы со штыком слегка улеглись. Разум его был полон энергией. Все его парни получили возможность отоспаться, а два исламских друга были в хорошем настроении и навряд ли собирались перерезать ему горло во сне. Теперь ему следовало выйти на связь и узнать, что произошло. Может, им уже можно валить домой и это было бы лучше всего.
Он достал Турайю, включил аппарат, нажал кнопку и принялся ждать.
МакГайвер ответил вовремя.
— Хорошо провёл время у шлюх? — спросил он.
— Ну, мистер МакГайвер, нам всем нужно было расслабиться и отдохнуть. Эти спутники ничего не упускают, да?
— Нет, если носишь GPS при себе. Забавно, ты не казался парнем, любящим собачью позу.
— Ёба, ну и спутник!
— Шучу. Богьер, даже великий МакГайвер имеет чувство юмора. Итак, ты сейчас в полумиле от комплекса Зарзи.
****
-Так, сказал Мик, указывая на Крекерса, — срежь через задние дворы и погляди в ночные очки на него. Скажи мне, где он и что делает. Не пугай соседей, берегись собак, не наткнись случайно на людей, кто может не спать сейчас. Помни, ты типа секретный агент.

Но у Крекерса не было чувства юмора, он даже из вежливости не улыбнулся. Настроив ночные очки, надетые на голову- новые, только что из коробки, с двухспектровой оптикой, питавшейся от батарейки, погружающие мир вокруг в зелёный, мягкий свет, он безмолвно вынырнул наружу. Всё-таки он был очень хорошим исполнителем. Через семь-восемь минут радио затрещало и Мик вместе с Тони одели свои наушники. Через треск помех прорвался голос Крекерса, донесённый через протокол идентификации, так как в этой радиосети было их только трое и никто больше не мог их слышать.

-Это и правда крутая штука! — сказал Крекерс, имея в виду аппарат на его голове. — Можно переключаться между усилением света и термальным режимом, а можно их вместе включить для действительно толковой картинки.
— Прибереги это для колонки в «Солдате удачи», — ответил Мик.
****
Мик по-быстрому сделался экспертом по «Арсеналу Стальной Бригады» и биографии его основателя и возглавляющего гения, полковника Нормана Чемберса.
— Этот парень типа снайперского гуру, — объяснил он Тони З. после того, как завершил разговор с МакГайвером.
— Я вспоминаю, что читал его статью в «Точной стрельбе». Он был против сошек. Считал, что снайперские винтовки не должны иметь сошки, поскольку от них больше проблем чем пользы.
— Стрельни с «Барретта» без сошек. Поглядим, в каком из соседних штатов тебя найдут.
****
Богьер прикинул все возможности.

— Мик, я вижу лёгкий блеск каких-то свинячьих мыслей у тебя в глазах. На газу готовишь?
— Слушай папу, амёба, и учись, как мы, большие парни, справляемся с тем чтобы кого-то грохнуть самым разумным путём.
Он нажал кнопку. МакГайвер бысто ответил.
— Ну?
— У нас ситуация.
Мик быстро всё изложил.
— Но вы не уверены, что это Круз?
— Нет, сэр. Но кто бы ещё это мог быть?
— Жестянщик, портной, свечник, человек с луны, Барак Обама, Майкл Джордан, Эрнест Боргнайн, Дэвид Никс…
— И вдруг кто-то таинственно убивает Дэвида Никсона? Или ты имел в виду Дэвида Эйзенхауэра?
Предположим, кто-то убил Эйзенхауэра. Мы идём на риск, доплаты не требуем, но не будет ли хуже, если оставим Эйзенхауэра в живых?
— Будет, — ответил МакГайвер. — Потому что вы дадите миру знать о своём существовании.
— Богьер, ты клинический идиот. Я даже не знал, что ты настолько идиот. Тебя бы в Гарвардскую университетскую поликлинику сдать для опытов, чтоб на тебе кто-нибудь Нобелевку по медицине сделал.
— Ну, будет громко, да, и грязновато, но согласись: у нас может никогда не случиться возможности для такого выстрела. Никогда. Сейчас проебём- и потом будем вспоминать и вечно себя клясть. Хер с ними, давай их вынесем!
— Запишу себе- не звать Богьера и его ёбнутую команду социопатов на свадьбу дочки. Ну давай, Мик. Надеюсь, Бог благоволит невероятной жестокости.
****
— Эй! — крикнул Тони, поскольку у всех были надеты наушники. — Ты стреляешь без сошек, как и писал гуру. Ему бы понравилось!
— Рад, что уважил старика, — отозвался Мик.
****
Телефон не зазвонил, а зажужжал. Мик нажал кнопку.
— Да?
— Вы его не достали.
— Вот дерьмо… — сказал Богьер, чувствуя глубокий и болезненный укус разочарования. Он знал, что сейчас последует. Мудак МакГайвер разорвёт ему задницу, а ему только и останется что сидеть и слушать, как последнему тупице.
— Он был там, тут вы верно сообразили. Его отпечатки там везде.
— Боже мой… — отозвался Богьер.
— Это плохие новости. Хорошие новости: вы и Суэггера не задели. Его хорошо приложило головой и он в какой-то местной больничке, но скоро выберется. Ещё вы сделали дыру размером с футбольный мяч в Нормане Чемберсе, отставном полковнике Корпуса морской пехоты Соединённых Штатов. Поздравляю: вы убили ровно одного человека в этой комнате, который не имел никакого отношения ко всему этому говну.
— Да и хуй с ним, раз он шуток не понимает. Побочные потери.
— Ну, будь аккуратнее. Как бы такие потери не проложили тебе дорогу в газовую камеру, остряк.
— Это война. Такое случается. Ничего личного. Ты идёшь на задание, и снаряд падает на окраине города из говняных кирпичей с населением семьдесят пять человек и двести сорок кур. Простите, маленькие загорелые люди, но важные шишки ставят интересы нашей нации выше Говнокирпичинска.
— Ты же патриот, я и забыл.
— Ты забыл. Ты одобрил удар. Так что не надо насчёт того, что я негодяй.
— Богьер, твоя работа не в том, чтобы меня переспорить. Вспомни, что выше старшего сержанта ты так и не вылез. А я- парень в офицерском смокинге и кушаю фазана в клубе. Если хочешь, я опишу тебе подробности твоей службы- вычистить стойла, вытряхнуть помойки, пятна на полу туалета оттереть зубной щёткой. Твоя работа- переспорить Круза, другого сержанта. Вы оба ползаете в грязи, режете часовых, взрываете мосты, играетесь во всякие мужицкие игрушки- и это ваш потолок. Так что сконцентрируйся на том, на чём нужно.
Перед глазами Богьера стояла картина: этот пидарас с козлиной бородкой и сигаретным мундштуком, в очках с тонкой оправой и эскотском галстуке, а Мик сжимает его голову руками, выдавливая мозги через уши и нос, пока глаза не лопнут как теннисные шарики.
— Хорошая идея, — ответил Мик, скрежеща зубами.

МакГайвер оскорблял Мика ещё несколько минут, пока не отпустил. Мик сверился с «Суунто» и пошёл в бар, чтобы избавиться от мысли о МакГайвере, горящем в пламени и снова оказаться в сержантской Вальхалле со старыми приятелями, бухлом и бабами. Сегодня ночью он как следует нажрётся. А завтра ёбаный Вашингтон.
****
— Ладно, малец, а у тебя какая идея? — недовольно отозвался Тони.
— Сидеть и ждать.
— Нет, — сказал Мик. — Федералы могут нагрянуть сюда в любую секунду. И если он будет здесь в это время — нам пиздец, всё провалено.
Оба его напарника молчали.
— Мне тоже это не нравится, — продолжил Мик. — Но я здесь не потому, что мне это нравится. И вы тоже. Это наша работа. Гнилая её часть, но на это есть причины. Неприятно, но надо сделать. Жду предложений ещё пять секунд.
Молчание.
— Поглядите на это так, — прервал тишину Мик. — Вы вызвали артиллерийский удар, дали неверные координаты и снаряд упал в деревню. Очень плохо… наша война- их деревня. Вам это не нравится, но такова цена сделанного дела. Надо понимать, что кто-то может зря погибнуть. Мы все это видели.
— Мик, не знаю, смогу ли я- ответил Тони З.
— Сможешь. Ты ковбой. Ты солдат. Таких как ты — один на сотню среди всех, кто убивают, режут глотки, громят и рушат, ублюдок из ублюдков, ужасный среди ужасных. Мин Безжалостный, вот кто ты. А ты, весельчак? Я знаю, ты справишься.
— Мик, мне совсем не нравится это дело.
— И не надо, чтобы нравилось. Но надо сделать. Дай мне ёбаный ночник. Я пойду первым.

Никому это не было по душе. Такие вещи не были солдатским долгом, тут не было героизма, а только пистолеты с глушителем. Мик убил всех.
Они тихо вошли в дом. Крекерс всё же пошёл первым с ночным монокуляром, Мик позади с неотслеживаемым по номеру М9 «Беретта» с глушителем «Гем-тек». Не нужно было выбивать дверь, шуметь- ничего. Они прокрались по первому этажу и двинулись вдоль стены холла к спальням. Крекерс открыл следующую дверь, Тони также с М9 с глушителем отслеживал их спины. Мик зашёл, обнаружил цель и выстрелил.
Один или двое дёрнулись, когда Мик стрелял в них. Выстрелы создавали что-то вроде сверхзвуковых гейзеров из клочков ткани с примесью крови. Стрелял Мик в середину груди. Никто не вскрикнул. От комнаты в комнату и в следующую. Крекерс держал свою руку у экстрактора так, чтобы вылетающие гильзы отражались от ладони и уходили вниз. После того, как стрельба в комнате заканчивалась, он подбирал гильзы. Также он считал выстрелы и подал Мику новый магазин. Комната за комнатой, этаж за этажом. Запах людей, живущих вместе, запах часто используемой душевой и сигаретного дыма. Звук сонного дыхания.
Один из людей открыл глаза, и Мик выстрелил ему в лицо, разглядев- хоть и не в цветах «Техниколор», а в приглушённых тонах рассеянного света чёрную кровь, хлынувшую из отверстия в скуле.
Всё прошло быстро.
— Ты все собрал?
— Двадцать два выстрела, двадцать две гильзы.
— Уходим.
Они вышли из дома и пошли к машине. В небе загоралась заря, воздух на улице был свежим и чистым.
— Садись за руль, — приказал Мик Крекерсу.
— Понял, босс.
— Я чувствую себя дерьмом, — сказал Тони.
— Никого не волнует, кем ты себя чувствуешь. Ты сделал свою работу. Вот что важно.
****
Парни тосковали, сидя безмолвно и согнувшись. Где были добродушные приколы, шутки, подколки, знаменитый командный дух исполнителей из спецназа? Где бы всё это ни было- но сегодня не тут.
Мик сидел рядом с водителем, закинув огромную ногу на приборную панель. Поспать не помешало бы. Сорок восьмой час без сна пошёл.
Крекерс сзади сказал:
— Я отрубаюсь уже.
— Только попробуй, я тебе такого пня дам- до Вашингтона долетишь. Ты мне в строю нужен, собранный и готовый. Мы не знаем, что сейчас свалится.
— Это для Супермена легко. Он всё знает, не устаёт, без слабостей, без нервов. А я не Супермен. Я жалкий смертный. И смертному нужно поспать, проснуться попозже и почитать воскресную газету.
— Ещё кофе выпей, — отозвался Тони из-за руля.

Зажужжал спутниковый телефон.
— Вот дерьмо, — сказал Мик. — Сейчас он будет скандалить десять минут. Блядь, когда это всё кончится, я бы хотел…
Тут Мик замолчал, устало поднеся к уху «Турайю».
— Говори.
— Гений Богьер. Полагаю, ты слышал уже. Ты опять его упустил.
— Да.
— Ты убил девять человек, которые ни при чём.
— Там не было ни детей, ни женщин. Да и не мучился никто. Мы же не пытали их.
— Это заставляет снова в тебя поверить, экий ты добряк. Теперь поясни свой ход мыслей.
Богьер собрался с мыслями, с трудом продолжив:
— Кода-то удаётся, когда-то нет. У нас прошлой ночью не вышло.
— Резня. Никто не давал тебе полномочий такое устраивать. Когда всё окончится, я сразу же вытащу тебя из страны и чтоб тебя здесь двадцать пять лет не было.
— Эй, да на нас нет ничего. Ни свидетелей, ни оружия- пистолеты в реке. Ни ДНК, ни волос, ни следов. У нас перчатки резиновые были. Мы чистые, работали как профи. Ничто к нам не приведёт- если только у тебя там порядок.
— Там нашлись ДНК, и я надеюсь, что твоих данных нет в каком-нибудь файле.
— Нет.
— Помни: ДНК всегда остаются. Всегда, понял? Моя жопа в безопасности, об этом не волнуйся. Что там у вас сейчас?
— Мы на границе зоны выстрела, следим за Суэггером, он в сотне футов к северу от ресторана. Он просто лишняя пара глаз на улице. Но не думаю, что Круз покажется. Улица обложена. Он не может ни войти, ни выйти. Мы просто ждём. Когда Суэггер покинет пост- мы вырубимся. Третий день без сна, это нихера не помогает нам.
— Хрошо. Давайте-ка я вам дух подниму. Ваше решение перебить там всех было верным. Хороший риск. Не думаю, что это будет нам чего-то стоить. Мне тоже жаль зря погибших, но им просто не повезло. После того, как дело закончится, никто не будет знать что вы когда-то существовали.
— Нам бы пляж, спортзал, баб и травы.
— Будет вам остров Гиллигана[34] с порнозвёздами. А пока будьте рядом со Суэггером и поглядим, куда он нас вывезет.
****
— Обычный налёт, — заявил Богьер. — Стреляем, да поближе, весь магазин в него. И съёбываем из города.
— Они номера прочитают, — сказал Тони З.
— Поэтому когда соберёмся- поближе к месту машину угоним. Я загоню машину на мойку, пройду тоннель. Вы будете на улице чуть подальше. Когда я Круза увижу, подам сигнал. Крекерс не спеша подойдёт ко двору. Я подаю второй сигнал- и поехали. Я буду к нему ближе всех и разнесу его в куски огнём в авторежиме. Крекерс в это время даст несколько очередей по автомойке.
— Круто! — согласился Крекерс.
— Народ разбежится к херам, Тони подгоняет «Эксплорер» и мы прыгаем через стену…
— Мик, это высокая стена.
— Ты рейнджер-десантник, ты всё сможешь.
— Я старый рейнджер-десантник. Коленки уже не те у меня.
— Тогда перевалишься, как старик, — посоветовал Тони. — Знаешь как, залез и ноги свесил. Не надо всякого гонконгского дерьма из кино.
— Ладно, ладно, — сдался Крекерс. — Пусть так.
— Могу продолжать? — спросил Мик. — Или у вас двоих есть более важные темы для обсуждения?
— Прости, Мик, — ответил Крекерс. — Я отвлёкся.
— Ненавижу когда ты так делаешь. Ни к чему хорошему оно не приведёт.

— Госсподи, девочки, прекратите всю эту херню. Мы крадём номера с джипа и вешаем их вместо своих. Потом угоняем машину. Пара номеров на джип и одна машина. Затем делаем так, как я изложил. Я загоняю машину, Крекерс идёт по улице и во двор. Я валю Круза, Крекерс высаживает пару магазинов в стены, флаги и стёкла- будет ему личное четвёртое июля- и уходим на «Эксплорере». Думаю, номеров и так никто не заметит в эти полминуты Третьей Мировой, но для верности надо поменять. И нас ждёт Майами. Домой, год отпуска, бляди и кокс, татуировки, жизнь О Рейли.
— Рейли. А не О Рейли. Он парень с телевидения.
— Ну, и О Рейли по мне толково живёт.
Бронежилеты. Всё девятимиллиметровое приданое, включая МР5 и SIG-и. Боевые ножи «Рэндолл», чёрные шерстяные шапки с прорезями, пустынные ботинки «Даннер». Томми Тактикал как он есть. Они выглядели действительно круто.

— Видишь его? — спросил он, стараясь говорить потише и не шевелить губами.
— Вижу, он пригнулся. Жёлтая бейсболка, коричневый свитер, позади «Гэлакси», натирает колесо. Прямо колёсник, его специальность.
— Как он двигается? Я слишком близко, не могу смотреть на него.
— Как любой полировщик, мелкая обезьяна. Он нас не вычислил пока, просто пытается блеск на это колесо «Гэлакси» навести.
— Дойдёшь до въезда- сверни на стоянку и держи меня в виду. Я пойду туда как будто за машиной, сверну за «Гэлакси», вытащу пятого и высажу магазин. Когда начну стрелять, ты выдай магазин в стекло, это распугает всех ёбаных уток. Затем прыгаем через стену и З. подбирает нас. Понял, З.?
— Трогаюсь уже- ответил З. со своего места в квартале отсюда.
— Вижу тебя, ты видишь его. Движение?
— Нет. Вижу, что он действительно трёт колесо, а вот перешёл к переднему, с другой стороны машины от тебя. Не просёк нас, поди спит весь день. Будет легко.
Крекерс свернул с тротуара в проём широкого въезда в кирпичной стене, в который въезжали клиенты, направляясь к будке для оплаты и пылесосной станции. Поймав зрительный контакт сквозь тёмные линзы, Мик кивнул Крекерсу, и тот расстегнул пальто левой рукой, в то время как правая рука скользнула сквозь прорезанный карман к рукоятке взведённого и снятого с предохранителя МР5, первоклассного германского пистолета-пулемёта производства «Хеклер-и-Кох», любимого спецами уже три десятилетия. Мик сказал:

— Быстро и чётко. Он хорош, не забывай. Ладно, галёрка, грянули!

Он встал, с уже расстёгнутым пальто, и, с улыбкой кивнув полировщику, заканчивавшему сушить его машину, пошёл прямо к «Гэлакси», обойдя его. Рывком отбросив полу пальто, скрывающую его собственный такой же германский пистолет-пулемёт, чувствуя идеальный обхват рукоятки- он стрелял с одной руки- он поднял оружие и увидел, что его цель обернулась к нему на долю секунды раньше.

Рэй выстрелил ему в грудь пять раз.
****
А вот Крекерс думал не о выживании, а об убийстве. У него был тот редкий дар природной агрессии, который делал его богом в бою, забавно незабавным в отношении с коллегами и мерзким хером в любом другом месте. Он верил, что если ты не боец- ты ничто. Крутанувшись вправо, он увидел упавшего Мика, ищущего свою цель между покинутыми машинами, сверкающими и обтекающими на солнце. Плотно уперев пистолет в плечо телескопическим прикладом, он дал очередь по машинам, увидев паутины от попаданий по стёклам, проколы на металле, летящие пыль и воду в то время как оружие ревело, выбрасывая сверкающий бронзой поток гильз, скачущих дальше по асфальту как брошенные камешки по поверхности озера. Отличные спецэффекты, но бестолку. Крекерс хотел побежать к Мику, но увидел, что тот поднялся, не вставая дополз до этой стороны «Гэлакси» и снова нащупал свой пистолет-пулемёт, двигаясь скованно от ушибов, которыми его наградил кевларовый бронежилет.
— Сходимся, сходимся! — орал Мик. —З., неси свою жопу сюда, чёрт тебя дери, бери его на верху стены, он жив и двигается!
Тут Мик поднял своё оружие над головой, нацелил вниз и выпустил длинную очередь туда, где по его соображению находился снайпер, но только выбил грязь и куски асфальта из покрытия. Моментальным движением сменив магазин, сменив пустую коробочку на новую- боже, в этом Мик был хорош! — и взведя затвор, он пошёл по проёмам между расстрелянными автомобилями. Тут прибыл З., съехав с дороги и подбежав к кирпичной стене только с пистолетом, но тоже охотясь за снайпером. Теперь их было трое против одного, деваться ему было некуда… но куда же он мог съебаться??
****
Весь Богьер болел. Грудь, пальцы ног, ремешок часов, резинка в трусах- болело всё. Ум тоже болел. Но больше всего- грудь. Она была цвета четвёртого июля, если только праздничный фейерверк был бы всех оттенков синего. Каждый из пяти выстрелов Рэя принёс пятьсот фунтов энергии на дюйм кевларовой нагрудной пластины, остановившей их, но не сделавшей ничего, чтобы остановить передачу энергии, ударившей в плоть словно бур, забитый кувалдой. Кровяные пузыри обозначали места попадания пуль и были центрами, от которых расходились сине-фиолетовые кружева, похожие на распускающиеся ромашки под летним солнцем. Внутренние кровотечения вокруг ран распространялись до живота, бицепсов и шеи, заливая тело винным оттенком. Трудно было поверить, что тут был живой человек.

— Что случилось, крошка? — спросила Кей. — Подрался?
— Тебе нужно взглянуть на того парня, — сказал Мик, даже не улыбнувшись шутке. Отсутствие юмора прекрасно совпадало с его мрачным настроением.
— Лежи. Кей позаботится.
— Я не могу ополоснуться сам. Пытался, но очень больно. Помоги мне. Спину не трогай, только спереди и в подмышках. От меня потом воняет. И аккуратнее, тупой белый парень пострадал как следует.
Она рассмеялась, как персонажи из мультфильмов: «ха», потом ещё «ха» и ещё. Потом сказала:
— Ты забавный, дорогой.
— Я регулярный гость ток-шоу.

— Ты грустишь?
— Хороший друг ушёл сегодня. Знаешь, это никогда не веселит.
— В этом бою?
— В этом самом. Что поделаешь, мы выбрали такой бизнес, но всё равно грустно.
Тут штука, которая не была телефоном, издала звук, который не был звонком, и ему пришлось встать, подойти к скомканной на полу одежде и вытащить большой спутниковый коммуникатор.
— Извини, — сказал он и нажал на кнопку ответа.
— Мило с твоей стороны было ответить, — сказал МакГайвер.
— Я не в том духе, чтобы слушать всякое дерьмо. Ни от тебя, ни от кого ещё.
— Что случилось? Трое на одного, и он убил Крана, а вы бежали как подорванные. Даже на стандарты «Чёрного кота» не тянет, и уж тем более не похоже на пятый спецназ или «Грейвульф».
— Он нас опрокинул. Не знаю, как, но он понял, кто мы. Вместо того, чтобы нам на него напасть, он на нас напал. Его первые пять пуль мне в грудь прилетели. Чертовски удачно, что я в бронике был. Этот хуй мирового уровня, я бы так оценил. Любой человек, который смог уложить Карла Крана — адский человек.
— Они прокатали отпечатки Крана по базе минобороны. ФБР выпустило циркуляр на его друзей- Мика Богьера и Тони Земке.
— Ты хочешь прекратить? Мы слишком температуру подняли? Хочешь деньги назад? Я не хочу звонить матери Тони, как я звонил жене Карла. У него трое детей, он был отличным отцом. Он делал то, что делал ради их блага и потому, что ты говорил- это всё для того, чтобы нашему дяде стало лучше.
— Я бы хотел позволить себе дать вам исчезнуть. Но теперь слишком поздно. Я не могу втягивать новых людей. Круз ушёл нетронутым, никто не связывает случившееся с ним, так что вам придётся закончить с ним.
— Сделаем, — ответил Мик.
— Оно того стоит. Мы пытаемся выбраться, и Зарзи- наш лучший путь. Если сработает, то молодые парни больше не будут умирать в этой сраной дыре. Круз, его наводчик, тридцать один торговец, филиппинцы, кто бы ни был- они погибли ради благородного дела, ради того, чтобы остановить бесполезную гибель наших людей безо всякого толка. Понимаешь? Мы пытаемся положить конец войне.
— Войне никогда не будет конца. Ницше — сказал Мик.
— Он был прав, но может до следующей войны мы отдохнём немножко.
— Ночью в пятницу. Джорджтаун?
— Будет очень мило. Может быть, я смогу дать вам расстановку сил безопасности. У этого Суэггера есть чёртов талант соображать, откуда выстрелит другой снайпер. Но вам не надо быть в самом Джорджтауне, с «Барреттом» ты сможешь его за милю достать.
— За милю- это в тире. А тут не тир. Если у меня один выстрел, то двести ярдов максимум. Потом я в Белиз.
— Богьер, сожалею о твоём друге Кране. Но не тучься. Сделай эту работу, покрой себя славой, почётом и благодарностью нации. Сбереги наших людей. Может ли наёмник желать или получить лучшую эпитафию? Ну, и деньги, конечно же.
— Дай мне сведения. Больше- лучше. И я наконец пришью этого скота, за Карла, даже если не за что больше.
****
— Почти готово, — сказал Тони З.
— З., слушай. Если меня ранят, не тупи, возвращаясь за мной и не трать время прикрывая меня. Как только мы завалим этого мудака, надо уёбывать и если ты пойдёшь одним путём, а я- другим, то будет отлично. Увидимся в Майами.
— Ничего не случится, Мик. Мы грохнем его, а ебучие копы будут только удивляться- что это было? Поедем в аэропорт, оставим таймер в машине, чтобы она взорвалась завтра в полдень и улетаем. Что за херня? — все удивятся. Кто убил Круза? А мы с тобой целый год будем посреди джина, порошка и шлюх в режиме 24\7. И это лучше всего: пропади всё пропадом, гори всё огнём, а мы сделали свою работу и живём так, как хотим. Что ещё нужно? Это куда как лучше чем преподавать в университете или продавать софт.
— Верно. Просто чтоб ты знал: ты и Карл- вы, парни, лучшие с кем я когда-либо работал. Очень сожалею о Карле… но я буду у тебя в шесть утра в любой день, когда понадоблюсь тебе, брат.
— Такая же херня, Адонис.
— Теперь завалим этого пидора
Tags: book, hanter
Subscribe

  • кино

    График выхода кина этой осенью (которое интересно мне) Множественные святые Ньюарка /The Many Saints of Newark/, 23 сентября Не время умирать /No…

  • Фильмы

    Засмотрел парочку фильмов на неделе. 1) "Красный призрак". Долго думал как бы лучше его охарактеризовать, но Хорнет ака a_lamtyugov смог…

  • Безумцы

    Сериал "Безумцы/Mad men" выше всяких похвал. 5+/5 Только "Сопрано" находится на таком же уровне. Просто идите и смотрите. США, 60-е годы ХХ века. В…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments